Так странно - уже почти декабрь. То бесконечно долгим этот год кажется, то неправдоподобно коротким. Гога уехал в Гурию. Я варю суп. Отвечаю на письма. Сметаю с лестницы мокрые листья. Договариваюсь о чем-то по телефону. Тороплюсь. Ленюсь. Концентрируюсь. Отвлекаюсь.
И вот совершенно не верится, что совсем недавно меня окружал абсолютно чужой быт. Вот эти дети, песок под ногами, незнакомые языки и странное белое пиво - в общем аллюминиевом ведре.

фотография в рамке и сумасшедшее зеркало
( Read more... )

У меня, кажется, "удобная обувь" даже в "интересах" записана.
Прихожу сегодня домой, а на пороге - смотрите сами, что творится. Чинно так. Достойно. Важно.
Как будто так и надо:
( Read more... )

Вчера ночью зашла в аську, встретила старого приятеля. Как дела, спрашиваю. Он отвечает:
- Нестабильно мое эмоциональное состояние...
Додумывается эдакая былинная интонация этой фразы.
Мое эмоциональное состояние стабилизировалось после того, как включились батареи. Тепло, светло, работа работается, любовь любится - чего ему еще надо? Ровным счетом ничего не требуется.
Но по вечерам, когда все спят, и плывет над крышами сизый дымок, и лают где-то далеко неизвестные собаки, я вылезаю из-под теплого одеяла и подхожу к балконной двери. И хочется чего-то ненормального, абсолютно неправильного, совсем неадекватного, полностью выходящего за рамки воображения, здравого смысла, привычности и приличия.
Залезть на заиндевелую крышу, или пойти босиком по колючему льду тротуаров.
Или подговорить незнакомых собак, лающих вдалеке, и повыть вместе с ними на луну.
А может быть оседлать метлу и полететь - вдруг получится?
Но я наливаю тепловатой воды из чайника, выпиваю ее, не чувствуя вкуса, и благоразумно иду обратно, под теплое одеяло.
Скоро весна, господа. Хоть январь и подзатянулся.